Savol
05.08.2004, 02:31
Звук фанфар, пожалуйста...
Да-да, свершилось! Впервые, прошу заметить, впервые на ваш суд представляется артворк (фанарт) по Готике! Конечно, были и раньше рисунки нарисованные забугорными фанатами. Но сейчас речь не о них! Да, конечно, есть немного рисунков, созданных нашими готами, но я, без лишней скромности, заявляю: "Такого вы еще не видели!"
Эх, лесть греет мое сердце, но это действительно первый фанарт высокого уровня, нарисованный отечественным готом (мной, любимым :) )
http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_tm.gif
Но чего же вы ждете!? Скорее кликайте на ссылку ниже!
> Смотреть скорее! [1076x953px, 188Kb] < (http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_full.jpg)
[i]
Но и это еще не все! Читайте сопутствующий рассказ к рисунку![/i]
Чертов стул опять мешался под ногами. Гомез зарычал, потирая ушибленную лодыжку. Перевел взгляд на зеркало. На стеклянной глади отражался красивый интерьер, но весь вид совершенно портила чья-то харя, этот интерьер бесцеремонно загораживающая. Харя была одутловатой, кожа ее владельца была дряблой и чуть провисала. Толстый нос тяжелой громадой высился на середине лица. Картину довершали засаленного вида жидкие волосы и усы. Но самой изюминкой были глаза, маленькие, как у свиньи. Глаза злобно блестели, щурясь. Гомез выругался и ударил рукой по зеркалу. Зеркало тонко и жалобно взвизгнуло, дав трещину. Гомез испуганно прижал стекло руками, боясь, что оно вылетит из рамы. Удостоверившись, что стекло пока еще держится, Гомез снова выругался. Велая испуганно сжалась в углу комнаты.
Гомез протянул руку и взял золотой гребень. Обмакнул в заранее приготовленную миску с жиром кротокрыса. Провел гребнем по волосам. Жидкая шевелюра на глазах становилась все более объемной, волосы топорщились и задорно блестели. «Живительная сила кротокрысиного жира» - пробормотал Гомез, вглядываясь в свое отражение. Таким он нравился куда больше прежнего.
Гомез развел руки в стороны, напряг мышцы. Жир на бицепсах приветственно булькнул. Гомез снова выругался. Время, проведенное им, как главой Старого Лагеря, нанесло свой отпечаток. Гомез стал жирным и тупым. Но сам он, конечно так не думал. Вздыхая, он натянул халат и повернулся к стулу, снова умудрившись задеть его ножку. Нелепо размахивая руками, Гомез шлепнулся на пол. Пол был холодный. Рядом упал стул со сломанной ножкой и тяжелая кольчуга, ранее на нем лежавшая. Это была шуба из барса, обшитая железом. Гомез гордился своей кольчугой. А потому бережно поднял ее, вставая сам. Возясь с застежками и молниями, Гомез медленно облачался. За этот час нерасторопные слуги наверняка бы слышали уймы ругательств, доносящихся из покоев Гомеза.
Но вот наконец кольчуга была одета. Гомез достал из шкафа длинный клинок и заученным жестом вогнал в наспинные ножны. Глянул в зеркало и улыбнулся. Не смотря на зигзаг, трещины, змеящийся по поверхности, был виден могучий мужик крепкого сложения в изысканном костюме. Гомез взял кувшин с парфюмом и немного полил на голову. Все должно быть в порядке. Перед дверью он подтянулся, напряг мышцы, гордо поднял голову и бодрым шагом вышел в коридор. Но сказавшееся напряжение заставило сначало посетить кухню. Что-то хлебнув из дымящегося костра, Гомез заорал. Кипяток все-таки. Одновременно заорал какой-то слуга, боясь гнева Гомеаза. Гомез было дернулся за мечом, но спохватился – это подождет.
Наконец, выйдя в тронный зал, Гомез нахмурил брови и оглядел присутствующих. Вся его личная гвардия стояла неподалеку, тоже хмурясь. Они были недовольны тем, что собирался предпринять Гомез, но благоразумно молчали. Гомез сел на трон.
По знаку одного из стражников открылась маленькая дверка и в нее прошел человек в рясе. Гордо, ни на кого не смотря. Не было в нем страха перед силой и властью. В нем чувствовалась порода. Гомез засомневался в правильности своего решения. Но человек уже раскрывал принесенный с собой мольберт, раскладывал палитры, краски и кисти. В завершение он одел на голову глупую шапочку и сел. Он должен был сказать, что готов, но молчал. Повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь легким лязгом мечей гвардейцев. Гомез поднял руку и тихо пробормотал: «Поехали…»
Быстрые взмахи кистью, летящие на холст капли густой краски… Гомез не понимал, как этот человек мог быть рудокопом. Было в нем что-то утонченно-благородное. Он работал молча, лишь изредка смотря на Гомеза и аккуратно водя кистью… Гомезу быстро наскучило думать об этом человеке и мысли его медленно перетекли к Велае… А потом – к предстоящей сделке с королевскими солдатами, где он вновь выгадает золото или драгоценности…
Прошел час. Человек закончил свою работу, изящным росчерком поставил подпись. Потом молча поклонился и вышел. Гомеза пробрала мелкая дрожь. Не обращая внимание на затекшее тело, Гомез медленно поднялся с трона и подошел к мольберту. Закрыл глаза, готовясь увидеть картину, изображающую его, Гомеза, в могуществе и славе. Наконец, открыл глаза и…
«Схватить! На рудники его!» - прорезал тишину замка рев Гомеза. Он отшвырнул холст и выхватил меч. Арто проворно схватил летящее произведение искусства.
«Не-ет!» - завопил Гомез, видя, как меняется лицо Арто. Обычно спокойное и отрешенное лицо гвардейца озарила улыбка. И Шрам, видя это, перегнулся через плечо напарника, созерцая картину. Кривая усмешка медленно, но верно являлась на его лице. А Арто уже всеми силами пытался сдержать смех, непреклонно рвущийся на волю… Вскоре хохот огласил весь старый замок и Гомез в исступлении свалился на пол.
На холсте был изображен обычный человек, не бог и не царь. С одутловатым лицом, с лоснящимися волосами, покрытыми капельками жира и брюзгливо-отстраненным выражением лица…
[i] Если вы еще этого не сделали, то смотрите... [/i]
... артворк (http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_full.jpg)
Да-да, свершилось! Впервые, прошу заметить, впервые на ваш суд представляется артворк (фанарт) по Готике! Конечно, были и раньше рисунки нарисованные забугорными фанатами. Но сейчас речь не о них! Да, конечно, есть немного рисунков, созданных нашими готами, но я, без лишней скромности, заявляю: "Такого вы еще не видели!"
Эх, лесть греет мое сердце, но это действительно первый фанарт высокого уровня, нарисованный отечественным готом (мной, любимым :) )
http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_tm.gif
Но чего же вы ждете!? Скорее кликайте на ссылку ниже!
> Смотреть скорее! [1076x953px, 188Kb] < (http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_full.jpg)
[i]
Но и это еще не все! Читайте сопутствующий рассказ к рисунку![/i]
Чертов стул опять мешался под ногами. Гомез зарычал, потирая ушибленную лодыжку. Перевел взгляд на зеркало. На стеклянной глади отражался красивый интерьер, но весь вид совершенно портила чья-то харя, этот интерьер бесцеремонно загораживающая. Харя была одутловатой, кожа ее владельца была дряблой и чуть провисала. Толстый нос тяжелой громадой высился на середине лица. Картину довершали засаленного вида жидкие волосы и усы. Но самой изюминкой были глаза, маленькие, как у свиньи. Глаза злобно блестели, щурясь. Гомез выругался и ударил рукой по зеркалу. Зеркало тонко и жалобно взвизгнуло, дав трещину. Гомез испуганно прижал стекло руками, боясь, что оно вылетит из рамы. Удостоверившись, что стекло пока еще держится, Гомез снова выругался. Велая испуганно сжалась в углу комнаты.
Гомез протянул руку и взял золотой гребень. Обмакнул в заранее приготовленную миску с жиром кротокрыса. Провел гребнем по волосам. Жидкая шевелюра на глазах становилась все более объемной, волосы топорщились и задорно блестели. «Живительная сила кротокрысиного жира» - пробормотал Гомез, вглядываясь в свое отражение. Таким он нравился куда больше прежнего.
Гомез развел руки в стороны, напряг мышцы. Жир на бицепсах приветственно булькнул. Гомез снова выругался. Время, проведенное им, как главой Старого Лагеря, нанесло свой отпечаток. Гомез стал жирным и тупым. Но сам он, конечно так не думал. Вздыхая, он натянул халат и повернулся к стулу, снова умудрившись задеть его ножку. Нелепо размахивая руками, Гомез шлепнулся на пол. Пол был холодный. Рядом упал стул со сломанной ножкой и тяжелая кольчуга, ранее на нем лежавшая. Это была шуба из барса, обшитая железом. Гомез гордился своей кольчугой. А потому бережно поднял ее, вставая сам. Возясь с застежками и молниями, Гомез медленно облачался. За этот час нерасторопные слуги наверняка бы слышали уймы ругательств, доносящихся из покоев Гомеза.
Но вот наконец кольчуга была одета. Гомез достал из шкафа длинный клинок и заученным жестом вогнал в наспинные ножны. Глянул в зеркало и улыбнулся. Не смотря на зигзаг, трещины, змеящийся по поверхности, был виден могучий мужик крепкого сложения в изысканном костюме. Гомез взял кувшин с парфюмом и немного полил на голову. Все должно быть в порядке. Перед дверью он подтянулся, напряг мышцы, гордо поднял голову и бодрым шагом вышел в коридор. Но сказавшееся напряжение заставило сначало посетить кухню. Что-то хлебнув из дымящегося костра, Гомез заорал. Кипяток все-таки. Одновременно заорал какой-то слуга, боясь гнева Гомеаза. Гомез было дернулся за мечом, но спохватился – это подождет.
Наконец, выйдя в тронный зал, Гомез нахмурил брови и оглядел присутствующих. Вся его личная гвардия стояла неподалеку, тоже хмурясь. Они были недовольны тем, что собирался предпринять Гомез, но благоразумно молчали. Гомез сел на трон.
По знаку одного из стражников открылась маленькая дверка и в нее прошел человек в рясе. Гордо, ни на кого не смотря. Не было в нем страха перед силой и властью. В нем чувствовалась порода. Гомез засомневался в правильности своего решения. Но человек уже раскрывал принесенный с собой мольберт, раскладывал палитры, краски и кисти. В завершение он одел на голову глупую шапочку и сел. Он должен был сказать, что готов, но молчал. Повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь легким лязгом мечей гвардейцев. Гомез поднял руку и тихо пробормотал: «Поехали…»
Быстрые взмахи кистью, летящие на холст капли густой краски… Гомез не понимал, как этот человек мог быть рудокопом. Было в нем что-то утонченно-благородное. Он работал молча, лишь изредка смотря на Гомеза и аккуратно водя кистью… Гомезу быстро наскучило думать об этом человеке и мысли его медленно перетекли к Велае… А потом – к предстоящей сделке с королевскими солдатами, где он вновь выгадает золото или драгоценности…
Прошел час. Человек закончил свою работу, изящным росчерком поставил подпись. Потом молча поклонился и вышел. Гомеза пробрала мелкая дрожь. Не обращая внимание на затекшее тело, Гомез медленно поднялся с трона и подошел к мольберту. Закрыл глаза, готовясь увидеть картину, изображающую его, Гомеза, в могуществе и славе. Наконец, открыл глаза и…
«Схватить! На рудники его!» - прорезал тишину замка рев Гомеза. Он отшвырнул холст и выхватил меч. Арто проворно схватил летящее произведение искусства.
«Не-ет!» - завопил Гомез, видя, как меняется лицо Арто. Обычно спокойное и отрешенное лицо гвардейца озарила улыбка. И Шрам, видя это, перегнулся через плечо напарника, созерцая картину. Кривая усмешка медленно, но верно являлась на его лице. А Арто уже всеми силами пытался сдержать смех, непреклонно рвущийся на волю… Вскоре хохот огласил весь старый замок и Гомез в исступлении свалился на пол.
На холсте был изображен обычный человек, не бог и не царь. С одутловатым лицом, с лоснящимися волосами, покрытыми капельками жира и брюзгливо-отстраненным выражением лица…
[i] Если вы еще этого не сделали, то смотрите... [/i]
... артворк (http://www.savol.amillo.net/art/Gomez_full.jpg)